История другого автомобиля - ВАЗ-2103 Опции

[Hellbomb]

А можно мне продолжть с этого места?

"2008 год.

В эту ночь Волга ночевала во дворе. Было совсем темно, кто стоит рядом она не разглядела, да ещё в добавок Лёша накрыл её на ночь чехлом. А утром её разбудил шум мотора и голоса:
-Давай аккуратнее, соседей не зацепи! Твою мать, вот так бросают рухлядь во дворе-не пройти, не проехать! А нам морока…! Да куда ж ты направляешь, правее давай!
Волга осторожно выглянула из под чехла. В нескольких метрах от неё ревел муниципальный эвакуатор. А в воздухе на вытянутой стреле, с мятым кузовом, без фар и с облезлой краской болтался красный Жигулёнок выпуска 76-го года, некогда купленный за валюту в магазине "Берёзка"…

"Вот и оно… вот и кончено все. Вот и смерть близка - вспыхнет горелка автогена и не будет больше меня. Никогда. И перед мнимой смертью у покойника проплыли все лучшие моменты его жизни…

1976 год. Магазин "Березка". Там стоит статный военный. молодой, лет 28. 4 звезды на погонах, капитан, в парадном мундире с орденом Красной Звезды на груди. Всем хорош, но только портил его немного маленький шрам на лице, вблизи от правого глаза.

Продавец, с тонкими усиками и масляными юркими глазами с наигранной радостью сообщает:
- Ну, товарищ Овсиенко, поздравляю вас! Вот с этой минуты Вы являетесь полноправным владельцем машины, ВАЗ-2101…

Бравый капитан на секунду опешил:

- То есть как так, 2101? Обещали ведь "тройку", за чеки.

Усатый только рассмеялся в лицо:

- Да ты чего, дядя, смешной совсем? Люди вон на заводах годами парятся, чтобы несчастного "Запорожца" в очереди дождаться, а тебе во как пофартило, а ты еще харчами перебираешь?

Капитан не выдержал и схватил устаого молодца за грудки:

- Слушай, ты… Я племянникам своим дядя, а тебе - Валерий Васильевич, понял?

Усатый тут же потерял спесь и промямлил:

- Ну… ээээ… давайте я начальству позвоню…решим как-то.
- Да нет… Это я позвоню своему начальству.

На следующий день в "Березку" явился полковник, на вид лет 45, но на висках уже пробивалась седина. На его груди сверкала золотая звезда Героя Светского Союза. Он о чем-то долго говорил с начмагом, и из этого долгого разговора начмаг хорошо усвоил отрывки фраз "… Я Герой Советского Союза, полковник Дубинин. Понял? Как так? Моего лучшего летчика обижать?!… Вас самих бы - в Аноголу, знали бы… Что за жизнь пошла - без рубля не чихнет никто! Новую "тройку" - жене начальника овощебазы значит, а боевому летчику - "копейку"? Короче, если завтра у него не будет новой "тройки" - я вам… Сгною!" - пообещал полковник со звездой Героя.

(продолжение следует).

- Ну…подождите. Вот телефон -то возьмите. Позвоните завтра.
- Да нет, не надо мне… Свой у меня есть телефон.

Полковник заранее припасенной ручкой черкнул на заранее припасенной бумажке.

- Жду завтра до 12 дня. А нет - так без звонка явлюсь. И не сам.

Подпружиненная дверь хлопнула, словно говоря полковнику не "прощай", но "до свидания".

Как прошли следующие сутки - никто не знал толком, но в 12-40 у магазина "Березка" стоял тполковник Дубинин со звездой Героя, рядом с ним - боевой капитан.

- Ну, Овсиенко, поздравляю! Вот так вот! - на лице полковника было неподдельное выражение радости, органично сочетавшееся с майским солнцем. И полковник крепко пожал руку своему боевому капитану.

- Спасибо вам!…

Капитан пытался сказать что-то еще. Но Полковник Дубинин прервал:

- Себе скажи спасибо! Покатаешь, Валера? - и полковник хитро подмигнул.

- Все равно спасибо Вам, Анатолий Антонович! - только и смог сказать бравый капитан.

- Это, Валерка, еще не все: слушай, у меня в Ленинграде отличный знакомый есть - любую машину от коррозии обработает так, что и генсеку не снилось. Сын моего друга детства. В сорок первом пацан сам с матерью остался - убили немцы моего корешка в сентябре сорок первого. Как они с матерью выжили - диву даюсь по сей день. В общем наш человек. Да и офицер, опять же. В шестьдесят втором на Кубу ходил, вот тогда и проснулась у него страсть к автомобилям. А сейчас он "кап-три", вот бы отец гордился…

Про себя полковник Дубинин с легким сожалением посмотрел на новехонькие, сверкающие красной краской и хромом "Жигули" своего каиптана. "Консервная банка, по нашим дорогам лете через 5 чего доброго развалится. Только куски полетят. Вот "эмка" - машина была… Но новые времена, новые нравы. А обработать надо - потом спасибо скажет".

(продолжение следует)

Ноябрь 1979 года. Ярко-красная ВАЗ-2103 шла по шоссе, рассекая проливной дождь. До дома оставалось еще около 800 километров. Ровно, монотонно гудел мотор "экспортной" тройки. Тепло грела "жигулевская" печка, а водителя, капитана ВВС Валеру Овсиенко ждала дома жена, в далекой Москве. "Ничего, всего каких-нибудь 9 часов - и я дома. Черт же дернул поехать туда, где Макар телят не пас." Но бравый капитан лукавил - он повидал на Украине, в Полтаве, сослуживца Витю, которого не видел более трех лет, с Анголы. И вспоминал тёплую встречу, украинскую горилку и вкусный холодец. "А все-таки, хорошо, что есть у меня эта машина - куда хочу, туда и смогу поехать. Пусть не самолет, не отрывается от земли при нажатии вниз на штурвал, да и земля при виде из нее не круглая. А все равно летит - пусть и очень низко". Такие мысли грели Валеру, а в сердце что-то было неспокойно… Нет, не из-за машины. Ее не в чем было упрекнуть - она, как никого,любила своего хозяина. Точнее сказать, кроме него, она вообще больше никого не любила… Ни разу она не доставляла особых хлопот своему владельцу, но стоило взяться за ее руль кому-либо

Валера вспонил, как года эдак три с небольшим назад, крепкий ленинградский моряк, который, по рекомендации полковника Дубинина, чем-то мазал и мастичил его машину, чуть на ней не заехал в гаражную "яму", хотя перещупал до того с полсотни "легковушек" и рассмеялся. Он не знал о том, что его машина, подобно живому, но не слишком доброму от природы существу, не любила не только других людей, но и другие автомобили. Подтрунивала (иногда не слишком корректно) на 21-й Волгой из ихнего двора, принадлежавшей бывшему водителю ГОНа, при первом удобном случае насмехалась над "ушастым" "Запорожцем" деда Степы, со злорадством обгоняла на дороге "Москвичи" и, особенно, "копейки", а также тихо, но с желчью плевалась в адрес черной "ГАЗ-24" из соседнего двора, которую год назад купил то ли за деньги, то ли за что-нибудь еще, усатый торговец мандаринами кавказской национальности. (Черный правительственный ЗиЛ, в честь проезда которого регулярно перекрывалось движение по Рублевке - не в счет, его вообще мало кто любил, и из людей, и из машин.) Одним словом, строптивый "Жигуль" любил лишь самого себя и своего хозяина. Из других легковушек только такие же "тройки", да "шестерки" считал достойными уважения (да и то не всегда). На остальные же, что греха таить, либо втихую косился, либо откровенно презирал.

А тревожное чувство так и не покидало Валеру. И не обманывало его - всего через 4 месяца он улетит туда, чье название очень скоро будет внушать страх, это слово будет звучать во сто крат страшней, чем немного подзабытое слово "Ангола", где он в свое время заработал заветные чеки…

(продолжение следует)

[Михаил]

Что-то помнится мне, что главным отличием (офисияльным) экспортных моделей было наличие другого шильдика на крышке багажника - не "Жигули", а "Lada". Ну, а все остальное, как обычно, для друзей, сборка "улучшенного качества".